
Artur Varzhapetyan
Сооснователь и совладелец
Артур Варжапетян ни разу не появился в Forbes, ни разу не дал интервью о том, как строил крупнейшую в России винную империю. Журналистам, когда чуть не похитили его дочь, он сказал четыре слова: «Это семейное дело». В 2018 году развод за $50 млн грозил разбить основательское партнёрство 50/50. ЕГРЮЛ до сих пор показывает его долю — пятьдесят процентов.
Арка трансформации
В 2018 году жена Варжапетяна потребовала половину его доли в крупнейшем в России импортёре вина — $50 млн, способные разрушить двадцатипятилетнее равноправное партнёрство. Дело прошло через три судебные инстанции за четыре года. Сооснователь Армен Шахазизян не сказал публично ни слова. Схема 50/50 устояла.
Ситуация полностью находится под контролем правоохранительных органов, её жизни ничто не угрожает... Это семейное дело.
Основатель без следов #
Имя Варжапетяна встречается в юридических документах — записях реестра, материалах бракоразводного дела, полицейском рапорте 2009 года. Почти нигде больше. В Forbes Russia он не появлялся. Интервью не давал. Публично не объяснял, как компания пережила череду кризисов, сломавших бы любое другое партнёрство.
Документы подтверждают следующее: в 1993 году Варжапетян вместе с Арменом Шахазизяном основали в Москве Группу Лудинг. Назвали в честь молитвы — «Любовь, Удача, Деньги И Наш Господь». Поровну — по 50%. Эту долю каждый сохранял нетронутой больше трёх десятилетий. В 2024 году выручка составила ₽44,9 млрд.
История о том, как партнёрство выжило, — это история, которую Варжапетян так и не рассказал.
Партнёрство, зашифрованное в аббревиатуре #
Компания возникла в годы после распада Советского Союза — в период коммерческой импровизации, когда предпринимателям нередко приходилось начинать работу прежде, чем появились правила. «Лудинг» занялся импортом вина и выстраивал сети поставок быстрее, чем большинство конкурентов успевали понять, чем вообще может стать этот рынок.
Структуру партнёрства основатели выстроили с необычной последовательностью. Схема 50/50 несла в себе определённую философию: никакого мажоритарного владельца, никакого доминирующего голоса, никакого механизма выхода на плохой день. В армянской диаспоре, где у обоих были корни, взаимное доверие нередко заменяло договорные конструкции. Что отличало структуру «Лудинга» — это её долговечность.
Разделение ролей тоже было необычным. Шахазизян оказался более публичным: вице-президент Национального олимпийского комитета Армении, руководитель Федерации тяжёлой атлетики, сооснователь Ассоциации армянских предпринимателей — вместе с основателями Tashir Group и Comedy Club Production. Он говорил публично о целях в жизни. Варжапетян — никогда. Выручка выросла с ₽14,7 млрд в 2017 году до ₽44,9 млрд в 2024-м. Ни один из основателей не искал признания.
Три испытания до решающего #
16 февраля 2009 года банда под руководством действующего капитана московской полиции взяла на прицел семнадцатилетнюю дочь Варжапетяна Лили — студентку МГИМО. За выкуп требовали €10 млн. Схема разрабатывалась месяцами, пока один из сообщников спьяну не проговорился осведомителям. Московский уголовный розыск провёл наблюдение, затем — операцию прикрытия: Лили вошла в торговый центр на Дмитровском шоссе, переоделась в примерочной вместе с сотрудницей полиции, и похитители схватили двойника. Огнестрельное оружие изъято. Аресты произведены.
Ответ Варжапетяна журналистам: «Это семейное дело». Больше — ни слова. Бизнес продолжил работу.
В ночь с 9 на 10 декабря 2010 года в машине на Даевом переулке в центре Москвы застреленным обнаружили Ару Хачатряна — генерального директора «Лудинг-СПб», выстраивавшего петербургское направление компании. Ему было шестьдесят лет. Следственный комитет возбудил дело об убийстве. Арестов не последовало. Шахазизян промолчал. Варжапетян промолчал. В следующем году выручка выросла.
Прямая угроза структуре пришла в апреле 2018 года. Анна Шахназарова — жена Варжапетяна, проработавшая директором по развитию в «Лудинге» и главным редактором корпоративного журнала, — подала на развод в Дорогомиловский районный суд Москвы. Её юристы потребовали раздела всего совместно нажитого имущества, в том числе половины доли Варжапетяна в структурах Группы Лудинг. В случае успеха схема распалась бы на три части: Шахазизян — 50%, Варжапетян — 25%, Шахназарова — 25%.
Стратегия защиты строилась на занижении стоимости. Варжапетян оценил свой пакет по номинальной стоимости уставного капитала — ₽16,8 млн. Шахназарова ответила публично: «После 25 лет брака… господин Варжапетян фактически предлагает мне две старые квартиры в отдалённых районах Москвы и денежную компенсацию, составляющую менее 1% от реальной стоимости его официальной доли в бизнесе». Независимый аналитик оценил суммарную стоимость группы в ₽1,8–2,3 млрд.
Дело прошло три судебные инстанции за четыре года. Дорогомиловский суд вынес частичное решение в декабре 2020-го. Второй кассационный суд отменил его и направил на пересмотр в сентябре 2021-го. В апреле 2022-го Верховный суд отклонил жалобу Варжапетяна. Итоги пересмотра публично не сообщались. ЕГРЮЛ — государственный реестр юридических лиц — по состоянию на конец 2025 года фиксирует за Варжапетяном 50%.
Шахазизян всё это время не терял головы и не открывал рта. Компания продолжала работу. За те же четыре года выручка «Лудинга» выросла с примерно ₽20 млрд до ₽39,1 млрд.
Партнёрство за ₽45 млрд #
Тридцатилетняя история партнёрства — это вертикальная интеграция крупнейшей в России импортной империи. Из импортёра, полностью зависевшего от зарубежных цепочек поставок, компания выстроила краснодарский завод (более 20 млн литров в год), спиртовое производство в Коломне и завод армянского коньяка — всё под управлением через промежуточную холдинговую структуру. После однодневного простоя в феврале 2022 года — когда евро пересёк отметку 90 рублей и «Лудинг» остановил все поставки, чтобы на следующее утро возобновить их с повышенными ценами на импорт при сохранении отечественных — производственная стратегия стала заметна как конкурентный инструмент, а не подстраховка.
В январе 2025 года компания приобрела «Полугар» («Polugar») — бренд традиционного русского зернового дистиллята — за ориентировочно ₽300 млн. Исполнительный директор Шахмеликян, нанятый из Diageo и Pernod Ricard в октябре 2024-го, назвал это «важным шагом в популяризации русской культуры и сохранении русских традиций».
Варжапетян и Шахазизян ничего из этого публично не анонсировали. Равноправное партнёрство, назвавшее себя в 1993 году именем молитвы, вышло на ₽45 млрд выручки — без профиля в Forbes, без публичного интервью, без объяснений того, как структура выстояла после попытки похищения, заказного убийства и четырёхлетней судебной атаки на модель владения.
Молчание, которое держится тридцать лет, — само по себе ответ.
Перейти к основному содержанию